Газовые микротурбины Capstone
О компании
Новости
Энергосистемы
Технологии
Применение
Услуги
Документы
Публикации
Вопросы и ответы
Контакты

Технологическая основа, на которой мы строим распределенные энергетические системы, стала реальной промышленной силой

АНАТОЛИЙ ЛОГИНОВ:
«Технологическая основа, на которой мы строим распределенные энергетические системы, стала реальной промышленной силой»
Компания «Банковский Производственный Центр» (БПЦ) основана в 1995 году, но ею уже накоплен огромный опыт реализации высокотехнологичных проектов в нескольких отраслях. Сегодня БПЦ — одна из немногих в России компаний, которая владеет всеми ресурсами и знаниями для выполнения всего цикла проектов «малой» энергетики — от поставки оборудования, проектирования, строительно-монтажных работ до финансирования. О перспективах развития распределенных энергетических сетей, об их технологических особенностях и преимуществах, о планах компании, связанных с внедрением подобных проектов в России, рассказывает Генеральный директор БПЦ Анатолий Логинов.
(Беседу ведет Наталия Ермолова)


— Анатолий Игоревич, БПЦ активно занимается проектами «малой» энергетики на базе газовых микротурбин. Каковы общие тенденции данного направления, насколько, на ваш взгляд, это актуально для России?

— Для нашей компании это достаточно новое направление. Но нужно отметить, что мы специализируемся именно на таких технологиях — только что вышедших из научно-исследовательской стадии, считаются достаточно хорошо опробованными, но еще не достигших стадии широкого применения. Два года назад БПЦ заинтересовался и стал работать над направлением, связанным с развитием технологий построения распределенных энергетических систем. Всего лет пять назад эти технологии были для всего мира таким же новшеством, как в свое время, к примеру, Интернет или биотехнологии; исследования в данной области активно финансировались. Затем произошел определенный отток средств инвесторов, которые ожидали быстрой отдачи от таких проектов: опять же, в точности так, как это было после «дот-комовского» бума. Сейчас, по прошествии нескольких лет активной работы многих организаций над развитием технологий «малой» энергетики, ситуация переломлена: оборудование и технологическая основа, на которой можно строить распределенные энергетические системы, стали реальной промышленной силой. Во всем мире эти технологии перешли из стадии исследования в стадию промышленного применения. Мы поняли, что сейчас настало именно то время, когда их следует внедрять.

— То есть, можно сказать, что вы являетесь новаторами в этом направлении?

— Не хотелось бы употреблять громких фраз. Мы всегда считали себя людьми дела: наша компания ориентирована на бизнес, а не на продвижение абстрактных идей. Нас интересуют практические аспекты развития распределенных энергетических систем. Поэтому мы не претендуем ни на роль флагманов или пионеров этого направления. Цель БПЦ — выстроить реальный бизнес на технологиях, связанных с использованием газовых микротурбин здесь, в России. Нам некогда отвлекаться на создание позитивного новаторского имиджа вокруг собственной деятельности. Лучше всего за нас это сделают наши реальные успехи в бизнесе.

— Какова предполагаемая география, отраслевая принадлежность подобных проектов у нас в стране?

— Сейчас в России только начинается работа по внедрению проектов «малой» энергетики на базе микротурбин, поэтому рано говорить о каких-то конкретных результатах. Можно только обозначить некую географическую ориентацию по проектам, которые мы развиваем. Теоретически профиль работы — построение распределенных энергетических систем — допускает широкое отраслевой использование, что является одним из привлекательных моментов для БПЦ. Системы могут быть развернуты и на базе городского хозяйства, сельского хозяйства, нефтяного, газового оборудования, на базе поселков, городов. А потому спектр и география их применения очень широки. Мы, как практики, фокусируемся на тех заказчиках, для которых, во-первых, такое решение актуально, и, во-вторых, финансово приемлемо. Это крупные тепличные и муниципальные хозяйства, но прежде всего, конечно же, нефтяные компании. Их интерес к подобным проектам связан с тем, что компании работают в удаленных районах, где не всегда есть готовая, выстроенная энергетическая инфраструктура. Кроме того, у них в избытке попутный газ, а его на нашем оборудовании можно использовать для генерации энергии, достаточной для полного покрытия всех нужд предприятия. Если месторождение уже освоено, то энергию можно даже продавать.

Нужно отметить, что концепция БПЦ была позитивно воспринята многими нефтяными компаниями, и сейчас наши отношения переходят в практическую плоскость. Мы выполняем проекты по оптимизации систем энергоснабжения нефтегазовых компаний за счет использования распределенных сетей из микротурбин, предлагаем подходы к постепенному выстраиванию генерирующих мощностей в процессе освоения удаленных месторождений, а также реализуем различные пилотные проекты на основе микротурбин: работающие на попутном газе системы питания для насосных станций, контрольно-измерительное оборудование газопроводов, передвижные и стационарные электростанции вахтовых поселков.

— Какие наиболее актуальные проблемы в современной отечественной энергетике вы бы выделили? Каковы пути их решения?

— Вообще, мне кажется, с точки зрения реформирования, инвестиций, темпов развития отечественная энергетика серьезно отстает от других отраслей: нефтегазовой, финансовой. Очень жестко связаны политика и экономика. Никто не пойдет на серьезное технологическое переоснащение, до того, как будут урегулированы политические вопросы, определятся и зафиксируются отношения собственности, сформируются организационно-управленческая инфраструктура. Занятое внутренним реформированием, РАО "ЕЭС" не всегда успевает адекватно реагировать на быстро изменяющиеся потребности рынка, особенно когда речь заходит о достаточно новых и сложных технологических решениях. А это, в свою очередь, вынуждает основных потребителей энергии искать собственные пути решения проблем энергоснабжения.

Не случайно практически все нефтедобывающие компании к настоящему времени создали подразделения отвечающие за энергетический бизнес. Не отстают от нефтяников и другие крупные потребители. Цель таких подразделений — создание собственных генерирующих мощностей, которые можно будет использовать вместе с централизованными сетями или вместо них. Именно здесь и открывается широкое поле деятельности для нашей компании — поставщика технологических решений для создания независимых локальных сетей.

— Готова ли отечественная энергетика освоить предлагаемые БПЦ решения или это все же дело будущего?

Распределенные энергетические системы на основе микротурбин ни коим образом не стоит рассматривать в качестве панацеи от всех бед. Они призваны решить конкретные проблемы конкретных потребителей там, где это технологически возможно и финансово оправдано. В дальнейшем распределенные системы превратятся в один из структурных элементов общегосударственной энергетической системы, как это уже произошло, скажем, в США. Потребитель в любой момент сможет решить (с помощью автоматической системы расчета стоимости), что ему более выгодно при действующих тарифах: потреблять энергию от централизованной сети, пользоваться собственной автономной системой или даже поставлять энергию от своей системы в централизованную сеть. Правда, это вопрос будущего, сейчас же среди заказчиков БПЦ превалируют те, кому необходимо в кратчайшие сроки решить проблемы электроснабжения.

Многие наши клиенты идут на внедрение энергетических проектов БПЦ именно потому, что не хотят зависеть от монополистов по поставке электроэнергии. Это касается и предприятий мелкого и среднего бизнеса, которым достаточно одной микротурбины для покрытия всех своих энергетических потребностей, и более крупных компаний. Причем и «Газпрому» выгодно использовать наши решения, ведь у него есть огромное количество газовых месторождений, которые не рассматриваются как источники экспорта, но вполне могли бы стать основой для построения для отдельных районов генерирующей сети на базе микротурбин.

— В чем новаторство технологий, которые вы продвигаете? Каковы преимущества предлагаемого вами подхода?

— Возможно, в подходе нет новаторских идей в традиционном понимании. Просто в определенное время появились энергетические решения, которые по цене стали доступны широкому спектру потребителей. Микротурбины, которые раньше использовались, как правило, только на военных объектах, стали сравнимы по капитальным затратам на 1 кВ производимой энергии с большими электростанциями. Вместе с тем они имеют ряд преимуществ. Решения на основе микротурбин легко масштабируются — обеспечиваться энергией может как один дом, так и целый жилой массив, поселка. Они не требуют долгого строительства, не нужно тянуть дорогостоящие линии. Фактически, вы получаете экологически чистую электроэнергию в нужном месте, в нужное время. Кроме того, поскольку затраты на подобный проект не велики, то и риски, соответственно, тоже. Это дает технологии серьезное конкурентное преимущество при прочих равных. Опять же, напрашивается аналогия с компьютерными технологиями: если ранее локальная вычислительная сеть в офисе считалась дорогим и элитным решением, то теперь — это закономерное, недорогое решение при организации работы группы сотрудников.

— Какое оборудование используется для реализации проектов? Насколько оно надежно? Проведена ли сертификация микротурбин в России?

— Диапазон совокупной мощности оборудования для малых станций, с которым мы работаем — от сотен киловатт до десяти мегаватт. Генерировать энергию такой мощности могут сейчас два типа оборудования: принципиально новое, построенное на базе микротурбин, и поршневые двигатели, близкие по конструкции к дизельным, но работающие на газе. Поршневые двигатели имеют ряд широко известных стандартных недостатков. Микротурбины на этом фоне обладают огромным количеством преимуществ: они фактически бесшумны, экологичны, просты в обслуживании, соответствуют самым высоким требованиям. Микротурбины компании Capstone, которые мы используем, прошли серьезную международную сертификацию. Эти сертификаты признаются российскими службами стандартизации, поэтому здесь мы миновали процесс тестирования и сертификации. Кроме того, нужно отметить, что отечественных аналогов микротурбин такого уровня пока нет. Все с этим связанные проекты в России находятся в стадии исследования или испытаний.

— БПЦ работает над проектами «малой» энергетике по схеме полного цикла. Поясните, пожалуйста, какие виды деятельности сюда включены?

— Схема полного цикла означает, что на плечи клиента, кроме постановки задачи и финансирования проекта, не ляжет больше никаких забот и проблем. Мы имеем партнерские отношения с проектными организациями, сертифицирующими органами, самостоятельно решаем все вопросы, связанные с логистикой, строительством, монтажом оборудования. БПЦ индивидуально работает с каждым конкретным клиентом, оценивает его технологические потребности и финансовые ограничения и предлагает оптимальное решение для каждого отдельного случая.

— Как осуществляется финансирование подобных проектов? В чем привлекательность финансовых схем, которые вы предлагаете?

— Мы и по другим своим технологическим проектам, когда появилась собственные ресурсы, всегда предлагали довольно мягкие финансовые схемы. Это и отсрочки, и лизинг, и связанное кредитование под проект. Если число реализуемых проектов в России будет достаточно велико, видимо, появятся еще дополнительные возможности финансирования. Например, наш поставщик оборудования — компания Capstone — входит в американский список из 26 компаний, технологии которых поддерживаются и финансируются государственными структурами США, в частности, Министерством энергетики США. Это означает, что у Capstone есть финансовые гаранты, способные выступить гарантами и для российских банков при кредитовании проектов на этом оборудовании. Сейчас такая схема уже отработана с Эксимбанком.

— Означает ли создание автономных источников электроэнергии, что эра гигантских электростанций подошла к концу? Можно ли это считать положительным эволюционным моментом?

— Безусловно, энергетическим монополистам пока не кажется реальной угрозой возникновение альтернативных решений, подобных нашим. Это особенность их взгляда на энергетику в целом. Мы, в свою очередь, считаем, что там, где есть возможность использовать дешевый газ, повсеместно будут возникать проекты, сходные с нашими. Однако это вовсе не означает, что на замену одним энергетическим структурам пришли другие. Никакой замены не произошло. Просто современные решения осуществляются в таких условиях, при которых раньше вообще нельзя было говорить ни о какой энергетической инфраструктуре. В конечном счете выигрывает потребитель, что и является главным преимуществом нового технологического подхода.

— Каковы перспективы развития направления «малой» энергетики, связанного с использованием микротурбин, на ближайшие год-два?

— Несомненно, эта концепция позитивна и должна быть воспринята повсеместно. Цена решений на микротурбинах стала сопоставимой с другими решениями по величине приведенных затрат на производство 1 кВ электрической мощности. Затраты же по эксплуатации — несоизмеримо ниже традиционных решений. Простая арифметика при тех преимуществах, что дают распределенные сети, позволяет оценивать перспективы таких проектов с большой долей уверенности. Микротурбины, к примеру, стали дешевле почти в два раза за последние три года. Считается, что при ожидаемом дальнейшем понижении цен на оборудование, сдерживающий ценовой фактор перестанет довлеть над компаниями-заказчиками, и количество наших клиентов возрастет. Вообще, привлекательность самих технологий распределенных энергосистем, их востребованность позволяет говорить о том, что развитие этого направления будет интенсивно продолжаться и в конце концов приведет к заметным положительным изменениям в экономике благодаря существенному уменьшению дефицита и снижению цены электроэнергии.